Нет вражды

На минувшей неделе Киров посетил Александр Рар, известный политолог, журналист-международник, член Совета по внешней политике ФРГ.

28.04.2019

«БН» публикуют его ответы на вопросы об отношениях России и Европы, о феномене Трампа и преемнике Владимира Путина.

России и Запад: человеческое отношение и официальная позиция

- Мне кажется, той ненависти, вражды, которая была раньше, например, в послевоенное время, нет. Во всяком случае среди людей нет. Среди политиков есть вражда, есть интересы. Если взять, например, Америку (без нее не обойтись, она единственная супердержава в этом мире), меняется отношение и там, поскольку все меняется. Происходят конфликты, потому что гегемон не хочет отдавать контроль над миром другим центрам. Они хотят сохранить то, что выстроили, но понимают: если Россия будет наравне с Америкой влиять на общую Европу, то влияние США будет снижаться.

Что касается старых европейцев (немцев, французов, англичан, испанцев, итальянцев), то они с посткоммунистической Россией примирились. Нет никакой вражды. Это очевидно не только через экономические контракты, но и через культурные связи, туризм, совместные научные, творческие союзы. Об этом свидетельствовал Чемпионат мира по футболу. Появилась концепция, как выстроить новую Европу не против, а вместе с Россией. Проблема, конечно, во многом в прибалтийских странах, странах, которые находились в Варшавском договоре. Они считают, что 45 лет находились под коммунистическим игом и сейчас освободились. У элит, не народов, отношение отрицательное, они во многом подталкивают НАТО и Евросоюз к конфронтациям. Это решаемый вопрос — через народную дипломатию и общение России с этими государствами.

О будущем политических партий

Партии начинают терять избирателей, никто не знает почему. Западная либеральная система — вроде бы очень красивая, справедливая и свободная. Лучше свободы мало что можно придумать, но почему-то партии, которые выступают за эту идею, в Германии, Франции, Англии стремительно теряют поддержку избирателей. Элиты, кланы будут бороться до последнего, чтобы не потерять свое влияние. Мне кажется, и многие немецкие политологи мне говорили, что система защищается таким образом, что ей нужен враг. Россия хорошо подходит под этот статус: в нашей стране другая система и президент, который открыто выступает против западных ценностей.

Какое будущее ждет Европу

Есть две концепции Европы: американская — Европа как трансатлантический союз от Ванкувера до Донецка, и другая, которая мне кажется более справедливой, исторической и красивой, - Европа от Лиссабона до Владивостока. Сейчас между ними разразилось главное соперничество. Какая из них победит - мне трудно сказать. Проиграет концепция от Лиссабона до Владивостока - Россия будет дальше жить своей жизнью. Просто будет две Европы. Россия станет частью нового возродившегося евразийского пространства, где будут доминировать не только Китай, Индия, Турция и Пакистан.

Я думаю, большинство людей в Западной Европе желают видеть Европу от Лиссабона до Владивостока как общее пространство в вопросах безопасности, экономики и культуры. Конечно, общую цивилизацию сразу создать будет трудно, потому что прошли годы, среди политиков есть недоверие. Но мы все должны прийти к одному итогу, что главные вызовы нашей планеты — это исламизм, демографические проблемы, Африка, которая разрушается на наших глазах. Сейчас на нашей планете проживает 7 миллиардов людей, уже к 2050 году будет 9 миллиардов. Кто их будет кормить и где они будут работать? Это вызовы, а не Украина...

Украина 5 лет назад и сейчас

Янукович был недостаточно образованным и умным политиком, он хотел усидеть на двух стульях и, когда страна была поставлена перед выбором, оказался неспособен решить эту проблему. Он взял деньги у России, но Западу сказал: «Подождите, я все равно к вам приду». Собрались люди на Майдане, и молодые люди с его стороны увидели в этом шанс уйти вместе с Украиной на Запад, усилилась антироссийская риторика. Россия терпела долгое время. Потом произошел «взрыв» на 20 января, началось то, что все знают как побоище, фактически гражданская война. С моей точки зрения, это был государственный переворот, подготовленный братскими элитами. Запад на это только смотрел. Если бы Янукович устоял, не потерял бы власть, то от страны отделилась бы большая часть Западной Украины. Люди были вооружены и готовы на все, чтобы создать свою национальную Украину. Получилось то, что мы имеем сегодня (при военной поддержке России, конечно) - раскол на Донбасе и в Луганской области, но это была не акция России, как сейчас на Западе говорят. Внутри Восточной Украины все горело, люди не хотели жить в националистической Украине.

Проблема в том, что и Россия, и Запад, вступив в этот конфликт, не смогли договориться. Это общая ошибка нас разъединила очень серьезно. Вторая проблема — никто не понимает, что хотят сами украинцы. Раньше на Западе все считали, что они хотят бежать от России. Сейчас видят общественное мнение, где 70% хотят примирения и нормализации отношений с Россией. Я надеюсь, российская дипломатия это тоже видит, потому сейчас есть шанс договориться с новым человеком, который избран президентом. Есть надежда, что он нормализует отношения.

О суверенном интернете в России

Главный вопрос, который сейчас обсуждается в мире, - что делать с интернетом. Это площадка, полная свободы и разных мнений. Китайцы стали первыми его ограничивать, сделав инструментом слежки за своим населением. В России по-философски во многом похожая ситуация. В Германии и Америке есть попытки ввести контроль за интернетом. Подходы разные, но у всех одна проблема: как сохранить площадку и бороться с инструментами для революционной дестабилизации общества, ксенофобией и расизмом. Может, в России, это жестче происходит, но это феномен нашего времени. Я не знаю чем, он закончится, но вызов очевиден.

Трамп как явление

Историки пока не определили, что это за явление, но мы его называем популизм. Это тенденции, которые можно назвать революционными. Я думаю, Дональда Трампа переизберут, потому что он очень успешен во внутренней политике. Это человек, который для американцев сделал самое главное — создал рабочие места и увеличил зарплаты из-за политики протекционизма. Но насколько его торговые войны с Китаем, Европой, Россией и санкции приведут к благосостоянию Америки в дальнем будущем — это большой вопрос. Никто не может ответить. Консервативная Америка не хочет ультралиберальных новшеств. Центральная часть противится всему новому, и этот процесс еще продолжается. Европейские элиты тоже боятся этого популизма, не понимают откуда он. Сейчас благосостояние Европы лучше, чем 10-20 лет назад, но у людей нет той веры в будущее, которая была раньше. Тогда многие говорили: «Мой сын будет зарабатывать больше меня, а внук будет зарабатывать больше, чем мой сын». Сейчас люди говорят: «Дай бог, чтобы мой сын хотя бы получал ту же зарплату, что и я».

О Путине и преемниках

В России человек, который уходит, не может спокойно сидеть на пенсии, так как у следующего есть соблазн все свалить на него. Путин — молодец в том, что Ельцина не тронул, а мог бы. Нужна запасная площадка для человека, который за 25 лет выстроил Россию, нужно дать ему политическую безопасность. Думаю, что площадкой может служить такая система, как Госсовет и Совет безопасности. Я думаю, политикой с 2024 года будет заниматься другой человек, и это будет кто-то из губернаторов. Сейчас в Кремле присматриваются к губернаторам 7-10 крупных успешных регионов. Из Правительства РФ вряд ли кандидат будет, я не вижу, кого там можно «забрать», но из губернаторов кто-то может себя проявить. Может, двое таких, как Иванов и Медведев, последние полгода будут состязаться.

Кутергина Ольга

mail@bnkirov.ru