Будьте проще

    «Вася запил»

     

    Вечером среды в «Просто-пицце» на Московской многолюдно. Под большими лампами, в основном, молодежь. И это не удивительно: молодежи не надо объяснять, что вариации на тему Дарта Вейдера на стене — это интересно, туалет в виде большой красной телефонной будки — забавно, а планшетники вместо официантов — как минимум, удобно.

     

    - Выбираешь блюдо, нажимаешь вот сюда и информация из imenu улетает на кухню. Через пару минут тебе приносят заказ, - объясняет Никита Лупандин. - Мы придумали внедрить в «просто-кофейнях» и «просто-пиццах» такую систему, когда роль официанта сводится к минимуму. А вообще перед нами стоит глобальная задача — добиться того, чтобы предприятиями можно было управлять с телефона.

     

    - Я у вас давненько не была. Тут все изменилось...

     

    - Мы из сегмента фастфуда ушли в более премиальный сегмент. Делаем такой формат ресторанов, который будет, надеюсь, востребован в ближайшее время - рестораны, в которые можно ходить каждый день. Они классом выше, чем фастфуд, но ниже, чем классические рестораны выходного дня.

     

    - Классические - это какие?

     

    - Это когда вы приходите, открываете меню, и у вас руки дрожат. И когда счет потом смотрите — тоже руки дрожат...

     

    - А почему вы отошли от формата фастфуда? Невыгодно? Опять же, федеральные сети активно заходят в Киров, KFC, например.

     

    -  Пусть заходят. Они в любом случае будут заходить в Кировскую область, если это будет выгодно. Мы не можем повлиять на этот процесс. Это как с погодой. Холода, когда в Киров собираются, не спрашивают — хотим мы этого или нет, они просто приходят. И по этому поводу не стоит волноваться по одной причине: от того, будем мы волноваться или нет — ничего не изменится. Я могу только как-то подготовиться, купить дополнительный нагреватель. Также мы не можем повлиять на приход федеральных сетей, можем только улучшить сервис в собственных «пиццах» и «харях». Кстати, вчера данные разведки мне доложили, что мы, например, успешно «выжили» из МЕГИ в Нижнем Новгороде «Планету суши». Она зашла … и вышла. Так что бороться можно с кем угодно и как угодно.

     

    - Но вы потеряете в деньгах от прихода федералов, или нет?

     

    - Очень сложно это просчитать. Один мой товарищ с 9-ю классами образования, уже после того, как купил себе тойоту-праду, решил взяться за ум и пойти учиться. Разумеется, учился в перерывах между работой, на лекциях говорил по телефону. А на одном из экзаменов, когда преподаватель начал его «валить», товарищ мой сказал: «Хотите я произнесу одну фразу, и вся ваша экономическая теория рассыпется?» И произнес: «Вася запил». Все расчеты, вероятности, теории катятся в пропасть, потому что «Вася запил», а у тебя стоит фура, которую ты вовремя не можешь отправить. Просчитать, что выиграешь, а что потеряешь — очень сложно. С заходом федеральных сетей емкость рынка может вырасти, а может и не вырасти. И вообще, есть огромное количество факторов, которые невозможно предугадать - вовремя не привезли товар, машина проколола колесо, изменились пошлины, переписали законодательство, господин Император через офшорные компании решил купить в Мурманске рыбхоз и из-за этого стали вставлять палки в колеса норвежцам (рыбу мы покупаем в Норвегии), в результате взлетели цены на семгу и так далее. Если бы я мог просчитывать и прогнозировать все эти вещи, ездил бы... нет, летал бы сейчас на вертолете.

     

    

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    «Все люди умнее меня»

     

    - Я, впрочем, вообще начала не с того. Надо было вот что выяснить: у вас бизнес семейный, твоя функция в чем?

     

    - Функции у нас строго не распределены. Каждый член команды занимается тем, в чем он специалист. Я более-менее разбираюсь в it-технологиях, новаторстве, дизайне, рекламе, проектировании, в распределении потока людей, ценовой политике, переговорном процессе...

     

    - То есть во всем.

     

    - Приходится понемногу разбираться во всем. Но это каждый руководитель должен уметь. А там, где нужны углубленные знания, должны работать специалисты. Именно поэтому все люди, которые у нас работают, умнее меня.

     

    - К то никогда не будет у вас работать?

     

    - Я могу сказать, кто обычно долго не задерживается. Это, в первую очередь, злые люди. Потому что общепит — это высокоэнергетический бизнес, приходится много общаться с людьми. Так что у нас задерживаются, в основном, веселые, общительные, энергичные ребята. У нас, кстати, в туалете на табличке о вакансиях написано, что 80% директоров ресторанов начинали у нас же работать официантами.

     

    - Почему табличка в туалете?

     

    - У вас есть привычка в туалете читать? Там же идеальное рекламное место, не понимаю, почему компании его не продают. В туалете человек спокойно воспринимает информацию, и прямо перед глазами у него: «работайте у нас».

     

    Безумно ликвидные фантики

     

    - Ты сам, кстати, с чего начинал?

     

    - В первом классе вкладышами торговал. У меня была точка у торгового центра «Русь» в Кирово-Чепецке — две табуретки и рама с полиэтиленом, и товар - вкладыши от жвачки «Турбо». Безумно ликвидная штука была. Потом стало две точки, я нашел продавца и давал ему товар под реализацию. Потом мы с ребятами продавали газеты. Работы же не было, а деньги всегда были нужны. Лет в 12 начали работать на заводе, подметать территорию. В 15 лет, тоже еще в школе, в УПК мы проходили производственную практику на заводе: в основном, махали метлами, иногда что-то грузили. Я тогда даже организовал ребят и был, получается, руководителем, выплачивал людям зарплату, выдавал благодарности за мужественное прохождение производственной практики. Потом еще торговал шашлыками возле магазина в Кирово-Чепецке, работал грузчиком.

     

    - Родители как относились к тому, что ты работаешь?

     

    - Очень положительно. Детство дается для того, чтобы человек начал готовиться к тому г..., которое будет во взрослой жизни. И чем раньше он в этом г... искупается, тем лучше для него же будет. В детстве тебя наругают за ошибки. А потом уже ругать никто не будет — сразу на деньги попадешь и все. Так что родители наоборот подталкивали меня к тому, чтобы я работал. И я работал. Потом попытался устроиться в политех, меня оттуда выгнали, я снова поступил, меня снова выгнали. В промежутках между учебой я работал на заводе по переработке рыбы. Приходишь к 7 утра, перед тобой стол, гора скумбрии. Ты берешь нож, вскрываешь рыбе живот, кишки - в одну сторону, рыбу — в другую. Когда скумбрия заканчивалась, на стол вываливали такую же гору селедки... Безумная работа была. Я начинал работать в 7 ура и заканчивал в 8 или 9 вечера. От меня пахло так, что вся остановка понимала, что я работал на рыбокоптильном заводе. Зато я полюбил селедку. И понял, что лучше учиться, чем работать. Поступил во ВСЭИ, меня, правда, и оттуда выгоняли, но я все же доучился. Вообще сложно объяснить преподавателю, что грызть гранит науки на пустой желудок — очень хреново, что нужно зарабатывать деньги, чтобы, например, оплачивать квартиру.

     

    - Получалось зарабатывать? 

     

    - Мы с ребятами в студенчестве организовали компанию, которая занималась разработкой интернет-сайтов, после этого сделали программу «Домашний доктор», которая позволяла человеку определять в домашних условиях, какая у него болезнь. Программу распространяли на компакт-дисках, если вы помните, что это такое. Продали за два года 30 000 экземпляров по России. Я расплатился с долгами, с ребятами. Это был первый проект — проба пера. После окончания института занимался много чем: продавал готовые предприятия, даже пытался продать цементный завод, который еще не был построен в Кировской области. Это было еще до прихода Белых. В тот момент я научился великому делу — выходить на людей, которые принимают решения, не стесняться звонить на предприятия и говорить «мне главного». Звонил в СУ 155, например, и говорил: «дайте мне Батурину».

     

    - Дали?

     

    - Нет. Зато дозвонился до Шанцева (Ред. - губернатора Нижегородской области). Учитывая, что я только что закончил институт, это была глобальная наглость. А когда кризис шарахнул, отец позвал работать в компанию.

     

    - До этого не звал?

     

    - До этого я работал самостоятельно. Мне нужна была свобода, нужно был зарабатывать деньги, получать какой-то жизненный опыт, чтобы понимать мир и жизнь. Когда я набил шишек, он сказал мне: «работай с нами». Не потому, что хотел под крыло посадить, а потому, что от меня реально мог быть толк. Он и есть, надеюсь. Бизнес развивается, мы вышли за пределы региона. Сейчас у меня лежит два предложения об открытии «кофейни» и «хари» в Нижнем Новгороде.

     

    

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    Хлеба и зрелищ

     

    - Вы же на Москву наступать собирались...

     

    - Да, хочу в Москву. Хочу власть над миром, меч джедая, костюм хищника и персональный телепортатор (смеется). Самое главное — захотеть, и тогда всего можно добиться. Но в Москву надо приходить и побеждать. А это не так просто. Там жестче конкуренция, больше требуется денег, больше вероятность ошибки, труднее контролировать людей, другой ценник, другие люди. Так что не торопимся.

     

    - Если сравнивать работу в Кирове и в Нижнем Новгороде, в чем принципиальная разница?

     

    - В Нижнем конкуренция пожестче, там на одной улице ресторанов больше, чем во всем Кирове. А вообще везде работать надо. Анекдот у меня есть любимый: молится мужик Богу, просит помочь выиграть в лотерее, и тут его голос с небес спрашивает - «ты хоть лотерейный билет купил»? Надо работать, давать людям хлеба и зрелищ. Мы в Нижнем Новгороде возле суши бара, где жильцы постоянно с животными гуляли, поставили знак с какающей собакой и ребенком, который все это ест (Ред. - на табличке было написано: «Не выгуливайте на газоне собак. Дети кушают какашки»). Нам, конечно, многие крутили у виска, приходили жильцы с судебными приставами табличку демонтировать. Но при этом наш знак приезжали снимать пять нижегородских телеканалов, люди приходили с ним фотографироваться, как с местной достопримечательностью. У знака в интернете миллионы лайков, растиражировался по всей стране. Мелочь, а приятно.

     

    - Про бренд «Шире-хари», который вам не дали зарегистрировать по причине его «аморальности», вы тоже говорили, что будете и дальше давать хлеба и зрелищ. Сегодня тема закрыта?

     

    - Нет. Мы сделали ход конем. Правда что конкретно мы предприняли, я пока говорить не могу.

     

    - Что можно придумать, когда Высший арбитражный суд — это конечная инстанция, и он вам уже отказал?

     

    - Пока человек живет, всегда есть возможность что-то сделать. Еще анекдот вспомнил: Штирлица ведут на расстрел утром в понедельник, а он думает: «Что-то как-то плохо неделя начинается». Все проблемы можно решить. Если тебе кажется, что нельзя их решить, то ты пока просто не знаешь, как это сделать.

     

    Читайте Оруэлла

     

    - Хорошо, бизнес-бизнесом, за событиями в мире ты следишь?

     

    - Я очень рад тому, что Ходорковского освободили. Даже не знаю, как это объяснить. Я считаю его очень умным и грамотным специалистом. А что касается событий в мире... Сейчас вот в Украине революция. В одном из моих любимых фильмов - «Оружейный барон» - главный герой поставлял оружие в конфликтующие страны в Африке, и сказал так: «какая бы партия к власти не пришла, никакой разницы нет, потому что каждая следующая хуже предыдущей. Вот и сейчас побеждает человек — каннибал и детоубийца». Как бы ни называлась партия, которая победит в Украине, она все равно будет проводить политику выкачивания денег из населения, потому что все партии — это коммерческие проекты, не больше, не меньше. Надо читать Оруэла, у него про это все уже написано. Во время каких-то выборов в Кировской области на Октябрьском проспекте висело три баннера, на одном человек говорил: «земли крестьянам, фабрики — рабочим», на другом господин из другой партии говорил что-то еще, а баннер посередине — пустовал. Мне тогда очень хотелось поставить там картинку Бэтмэна и написать: «говорить — не мешки ворочать». Но решил, что слишком жестко будет.

     

    - В политику, я так понимаю, тебя не тянет?

     

    - Политика — это тот же самый коммерческий проект. Ты вкладываешь деньги, чтобы попасть ближе к кормушке. И вход при этом достаточно дорогой. Но на вопрос, тянет ли меня в политику, я пока не могу ответить. Одного вот потянуло, он после этого сел в тюрьму. Каждый человек должен заниматься тем, что ему нравится, и что у него получается. Лучше быть хорошим сантехником, чем плохим политиком.

     

    - Есть ли для тебя разница, кто будет следующим губернатором?

     

    -Пока не было господина Белых, мне приходилось объяснять, где находится Кировская область. Сейчас люди знают. И инвестиционный климат в Кирове улучшился. А еще раньше как было - выезжаешь из Нижнего — дорога хорошая, в Кировскую область въезжаешь — сразу дороги нет. Сейчас наоборот. Я очень горд.

     

    - А многочисленные посадки, аресты, не пугают?

     

    - Если звезды зажигаются, значит это кому-нибудь нужно... Маяковский писал. Это единственное стихотворение, которое я в школе сдал.

     

    - Тебе нравится то, чем ты занимаешься?

     

    - Когда человеку нравится чем-то заниматься, у него, безусловно, все получится. Поэтому важно любить то, что делаешь. И заниматься тем, что приносит удовольствие. А еще у нас есть цель: чтобы рекламы вообще не было. Реклама очень негативно сказывается на взаимоотношениях между людьми, они начинают оценивать друг друга по внешности — какой у собеседника фотоаппарат, айпад, макбук, какая машина и сколько драгоценностей. Мы здесь пропагандируем идею, что все люди самодостаточны и единственное, что важно, — это сам человек, а не материальные объекты, которые его окружают. Поэтому символом «просто-кофейни» и «просто-пиццы» мы сделали перечеркнутую букву R — символ зарегистрированного товарного знака. Мечта — чтобы рекламы не было вообще, а люди стали проще и любили друг друга.

     

    Беседовала

    Мария Петухова,

    petuhova.mv@gmail.com