Новости от «Бизнес новостей» «Кадровый голод перенасыщенного рынка» – интервью номера с основателем кировского бренда базовой обуви ручной работы

«Кадровый голод перенасыщенного рынка» – интервью номера с основателем кировского бренда базовой обуви ручной работы

Елизавета Захарова 26.06.2022 19:45:23 866 0
Сегодня и производителям, и потребителям приходится надеяться и ориентироваться исключительно на российский рынок. Из-за приостановки отношений со многими зарубежными площадками возник своеобразный купол благоприятной атмосферы для развития «своего-родного». На передний план выходят региональные бренды, которые перестраивают свою работу, ищут новых поставщиков и завоевывают потребителя. О работающих в сегодняшних условиях инструментах продвижения региональных продуктов, выгоде узкой специфики бизнеса и правилах, позволяющих пережить и кризис, и бюрократию «Бизнес новостям» рассказал основатель кировского бренда базовой натуральной обуви ручной работы «TREGUBOV» Игорь Трегубов.

БН: Игорь Владимирович, как появился ваш бренд?

– Все началось в нулевых. Сначала занимались ремонтом обуви, с 2003 года начали заниматься выездной торговлей – ездили по регионам и продавали обувь в домах культурах. В 2005 году стали шить новую обувь.  

БН: Вы работаете по собственным эскизам и моделям? 

– Анализируем рынок моды, стильные тенденции грядущих сезонов, берем эту информацию за основу, дополняем своими идеями и деталями. Грубо говоря, собственный модельный ряд «собираем» из тенденций. Наработки отдаем модельеру на производстве, он создает эскизы. После выбираем подошву, фурнитуру и отдаем в производство. 

БН: Почему остановились на создании базовых моделей? В начале двухтысячных можно было начать с дизайнерских моделей «от кутюр», которых еще не было на рынке?

– Поправлю: производить базовую обувь мы начали только с 2021 года. До этого у нас был широкий спектр обуви разных моделей. 

БН: Получается, пережили пандемию и что-то «щелкнуло»?

– Процесс трансформации мы начали еще в середине пандемии. Тогда все магазины – точки сбыта нашего товара – были закрыты. Если бы пандемия и такие условия продлились еще лет пять, вынуждены были бы закрываться и потерять многолетний бизнес. Пришлось экстренно переориентироваться, искать новые подходы, инструменты развития. 

Пандемия стимулировала наш рост. Мы стали изучать, в чем нуждается потребитель и что одновременно будет откликаться в нас. Остановились на базовой обуви. Это актуально. Многие потребители нуждаются в обуви, которая подходит под любой ансамбль одежды. За счет правильно выбранного акцента «отстроились» от многих потенциальных конкурентов.   Верность выбора сейчас подтверж­дают и отзывы клиентов, в которых они, окрыленные, пишут, что заказанная пара подошла и к юбочке, и к платью, и к джинсам. 

БН: Для какого класса предназ­начена обувь? Эконом, средний, премиум? 

– Если говорить о качестве, ста­раемся производить товар, достойный премиум-класса. Если о ценообразовании, на мой взгляд, нашу продукцию может позволить себе практически любой человек. Тем более мы не жадничаем и проводим акции, предоставляем скидки. 

БН: Какие сегодня основные проблемы на рынке производства обуви? 

– Рынок перенасыщен. Есть еще большая проблема – кадровый голод. Среди тех, кто готов заниматься и занимается обувью ручной работы, нет молодых кадров. На производстве остаются лишь передовики, взращенные еще в начале нулевых: не каждый готов к специфичному ручному труду. Молодые люди стремятся работать в интернете, в офисе – стать программистом, юристом. Но мы все равно ищем людей, стараемся привить им любовь к ручному труду, тестируем. Кому-то нравится и он остается, другой говорит категорическое «нет». 
На производстве ценны все сотрудники – таких по объявлению не найдешь, я каждого пропускаю через себя. Чтобы взрастить хорошего специалиста, приходится учить минимум пять лет. 

БН: Каков средний возраст ваших сотрудников? 

– Самому старшему осталось два года до пенсии. Самому молодому в прошлом году исполнилось 35 лет. Нес­колько лет назад мы обучали более молодых мастеров, но, проработав два года, они ушли. 

БН: Вы не подписываете с сотрудниками, в которых вложили время и силы на обучение, договор на обязательную отработку, как делают вузы по целевому направлению? 

– Считаю, что человека никакая бумага не удержит. Он останется, только если сам захочет. Мы пы­таемся создать атмосферу уюта. Для комфорта сотрудников с ноля выстроили новое производство. Когда думаешь о производстве, чаще всего представляешь обшарпанные стены, железяки. У нас все отштукатурено под европейское качество, установлены вентиляция, красивый потолок, плитка, кафель, пол с подогревом, чтобы как минимум было приятно находиться на рабочем месте. 

За столько лет работы я понял, что никакой договор не удержит. Необходимо именно создавать уют и давать уверенность в завтрашнем дне, чтобы человек хотел прийти на работу.  


«Считаю, что человека никакая бумага не удержит. Он останется, только если сам захочет».


БН: Почему решили остановиться именно на обуви ручной работы? Почему не автоматизация?

– Во-первых, для автоматизации нужны бoльшие рынки сбыта, бoльшие объемы работы. Во-вторых, ручной пошив обуви позволяет быть более клиентоориентированным. Часто к нам приходят с нестандартными запросами: высокий подъем ноги, широкое голенище, возрастные стопы и так далее. Сначала снимаем индивидуальные мерки и только потом отдаем заказ на пошив. Можем подстроиться практически под любой запрос клиента. Масс-маркеты такого позволить не могут. 

В-третьих, в современном мире ручной труд и индивидуальность ценятся.  Мы не отшиваем размерные сетки партиями по 100-200 пар. Знаете, как раньше было: приходит поезд, и из него выходят «одинаковые люди» в кожаных куртках и черных ботинках. Наши модели – штучный товар. Если человек из другого города заказал у нас обувь, он один будет ходить именно с этим цветом, этой подошвой и этой моделью. 

БН: Вы работаете исключительно на заказ? Если придет клиент познакомиться и захочет купить обувь, ему все равно придется ждать, пока изготовите его пару?

– Нет, конечно. Отшиваем весь размерный ряд каждой модели и выставляем в магазине как образец. Если клиенту понравилось, модель села по ноге, он в моменте может купить образец. 

Для этого и организовали шоу-рум, чтобы кировский покупатель мог посмотреть, пощупать и составить собственную пару. Но в основном мы, конечно, работаем под заказ. 

БН: Кто ваш среднестатисти­ческий клиент? 

– Если опираться на данные интернет-площадок, это люди от 18 до 55 и старше. Молодежь привлекаем за счет трендов, а людей постарше – современной классикой. За счет этого получается обширная аудитория. 

Много заказов приходит из крупных городов, Крайнего Севера. Последние заказывают у нас зимние модели, которые выдерживают очень низкие температуры (-50...-40°С). Приходят отзывы от девушек, которые пишут, что надев наши сапоги, они простояли на улице и впервые их ноги не замерзли. 

БН: А материалы какие у вас? 

– У нас немалый опыт, поэтому сейчас стараемся не экономить на материалах, а работать на проверенных товарах. Больше закладываем в качество продукции, чем в прибыль.

Например, раньше в большинстве своем многие использовали в ка­честве подкладки обуви натуральный мех. Но он быстро изнашивается на пятках и в носочной части. Раньше мы также делали. На выставках другие производители и поставщики материалов побудили попробовать вместо меха шерстяную подкладку.

Сделал пробную пару для себя, чтобы не быть голословным и за сезон понять, какой продукт выпускаешь на рынок. По своему опыту понял, что ноге во время носки комфортнее и плотность форм дает фиксацию стопы. Сейчас используем в подкладке 80% шерсти и 20% синтетических материалов, это более современный и качественный подход. 

БН: Где закупаете материалы и оборудование? 

– Работаем с российскими заводами, производящими натуральные материалами. Хром завозим из Турции. Подошву закупаем либо в России, либо через посредников в Европе. 

Швейное оборудование заказывали в Китае, Турции – из тех стран, которые беззатруднительно предостав­ляют софт и обслуживание. 

БН: Изменился ли за последнее время – помимо поставок и логистических цепочек – процесс работы?

– Многое изменилось. Нет стабильности: только настроишься к одному режиму работы, происходят новые катаклизмы. Не успеваешь переварить информацию, приходится менять план, перестраивать работу, подстраивать ее под ситуацию на рынке. 

Произошел даже банальный пересмотр моделей и материалов. Один завод работал на европейских химических примесях. Сейчас ему приходится перестраиваться, следовательно, и нам необходимо меняться. То, что могли дать здесь и сейчас, приходится ждать месяц или два. Перестройка затягивает наши сроки. 

Однако мы не останавливаем работу и сохраняем рабочие места – работали даже в коронавирусный режим. Мне кажется, что в это время стали работать еще больше, усерднее. 


«Многое изменилось. Нет стабильности: только настроишься к одному режиму работы, происходят новые катаклизмы».


БН: У вас семейный бизнес. В чем плюсы, минусы, подводные камни?

– Супруга знает все тонкости нашего дела. У нас выстроено стопроцентное разделение обязанностей. На мне производство, взаимодействие с сотрудниками, на Елене – закупка материалов. 

БН: Сейчас правительство предоставляет множество программ и пакетов для продвижения и семейного бизнеса, и региональных брендов...

– И мы не подходим ни под одну из категорий, потому что уже давно присутствуем на рынке. Государство помогает тем, кто только начинает свой бизнес, у кого ничего нет. Им государство дает шанс. Но немногие закрепляются. 

БН: Через какие каналы реали­зуете свой товар? Что сегодня работает лучше всего? 

– Изначально мы зашли в Инстаграм (запрещенная в России соцсеть). Надо понимать, что главное в этой социальной сети – визуальная составляющая. За счет красивой эстетики знакомили аудиторию с собой, со своей философией. Для бренда обуви такая социальная сеть – идеаль­ный рабочий инструмент. Но еще до февральских событий решили, что необходимо расширяться. А уже пос­ле пришлось делать это экстренно. Сейчас зашли в ВКонтакт, Телеграм, летом закончим разработку сайта. 

БН: Возникали ли сложности с заходом на маркетплейс Wildberries? 

– Маркетплейс – крупная площадка, которой люди доверяют. Он дает возможность распространить нашу продукцию по всей стране, увеличивает количество потенциальных клиентов. Однозначно зайти на эту площадку было нелегко. Необходимо было соблюсти все законодательные нормы — по штрих-кодам, маркировке. Допусти малейшее нарушение – и маркетплейс не возьмет товар, не пропустит на рынок. Мы, набивая шишки на своих ошибках, заходили без подсказок.

БН: Изменились ли с заходом на маркетплейс спрос или география заказов?

– Я всегда выступаю за то, чтобы у людей была работа. Пусть компания будет выходить в ноль, но все сотрудники должны быть при работе. Маркетплейс действительно дал дополнительный объем работы, новых клиентов, но географию площадка сильно не изменила. 

БН: С учетом того, что вы делаете обувь по индивидуальным заказам, Wildberries позволяет потребителю вернуть покупку, если она не подошла? 

– На маркетплейсе мы работаем на таких же условиях, как все, – принимаем возвраты, если клиента не устроил товар. Мы были готовы и к расходам на логистику, и на возврат. Возможность вернуть товар у нас есть не только для потребителей с Wildberries. Откуда бы клиент ни пришел – с Инстаграм, ВКонтакте, маркетплейса, если ему что-то не понравилось, он беспрепятственно может вернуть обувь или отправить перешить. 


«Допусти малейшее нарушение – и маркетплейс не возьмет товар, не пропустит на рынок. Мы, набивая шишки на своих ошибках, заходили без подсказок».


БН: Многие, особенно чиновники, говорят, что кризис – это время возможностей. Время, когда можно запустить свой проект, провести ребрендинг, оптимизацию. Вы согласны с этим? 

– Частично – да. Но надо понимать, что внутрироссийский произ­водитель комплектующих для обу­ви, поставщики материалов тоже должны усовершенствоваться. Правильно говорят, что в России должен быть свой внутренний рынок, свои технологии. И европейский рынок должен смотреть на российский, а не наоборот. 

Чиновники говорят, что сейчас время возможностей – да, это так. Раньше на российских заводах цена на материалы была приблизительно такой же, как и на европейских произ­водствах. Однако качество заметно хуже, поэтому приходилось закупаться в Европе. Сейчас – в условиях, когда нельзя выстраивать торговые отношения с Европой, – российские заводы стали стремиться к качеству, стремиться делать лучше. Если раньше завод держал пять цветов, то сегодня он предлагает палитру из 50-ти.


«Европейский рынок должен смотреть на российский, а не наоборот». 


БН: Вас не так давно рекламировал один из кировских блогеров.  На ваш взгляд, насколько такой инструмент рабочий для продвижения? Особенно в Кирове, где вряд ли можно найти блогера-миллионника.

– Для поддержания Инстаграма – это один из немногих оставшихся рабочих инструментов. Реклама блогеров привлекает внимание, повы­шает продажи. Особенно, если останавливаешь выбор на том, у кого живая аудитория. От блогера-миллионника не такой эффект, как от человека, мнению которого доверяют.

БН: Какие сегодня есть еще инст­рументы рекламы для регионального бренда, регионального производства? 

– Если говорить про социальные сети, то для ВКонтакте – это таргетированная реклама, в Инстаграм – реклама у блогеров и рилз. Если говорить о продвижении бренда в общих чертах, хорошо работают коллаборации со стилистами, другими брендами. О себе необходимо рассказывать. Особенно когда ты не просто держишь компанию или обувной магазин, а стараешься выстроить свой бренд. 

БН: В этом направлении рабо­тает ли участие в модных мероприятиях Кирова? 

– Такие мероприятия работают на узнаваемость, чтобы хотя бы местная аудитория знала о региональном бренде. 

БН: Вы существуете уже более 20 лет. Пережили не один кризис, не одну сложную ситуацию...

– Даже криминал пережили... Наше первое помещение, где находилось производство, в поселке сожгли представили преступной группы. 

БН: А борьбу с чиновниками...

– И это было. Раньше (в силу молодости и воспитания в советских реалиях) был принципиальнее. Сейчас подстроился: на что-то закрываешь глаза, что-то пропускаешь мимо.  

БН: Назовите три главных правила, как пережить кризис, криминал и бюрократические тяжбы?

– Существуют же стадии принятия неизбежного: сначала отрицание, злость, торг, депрессия, а потом уже и принятие. В этих пяти состояниях и заключаются все принципы выживания. Но в последнее время, конечно, только терпение и помогает.

VK TW
оставить комментарий
Спасибо за комментарий! Он будет опубликован после модерации
Текст сообщения
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Защита от автоматических сообщений
 

Также читайте