Дебют с Соколовым: о чем «Клуб редакторов «ИНМЕДИА» спросил у губернатора Кировской области?
Александр Соколов в прямом эфире программы «Клуб редакторов «ИНМЕДИА» на радио «Киров Град» (сетевой партнер радиоканала SPUTNIK16+).

Дебют с Соколовым: о чем «Клуб редакторов «ИНМЕДИА» спросил у губернатора Кировской области?

Анастасия Белова 05.03.2023 21:51:46 3273 2
Согласовывает ли Вячеслав Симаков кадровую политику с губернатором Кировской области? Как найти оптимальную формулу для состава чиновни­ков? Почему в Кирове не появится западный обход? Что сделать для снижения цен на жилье? Какой главный KPI в сфере образования? Это лишь малая часть вопросов трех блоков – кадровая политика, строительство, об­разование, которые обсудили в дебютной программе «Клуб редакторов «ИНМЕДИА». Первый гость прямого эфира – первое лицо региона Александр Соколов.

Ответственность за министра

– Александр Валентинович, если оце­нить на сегодняшний момент работу зампредов, министерств, крупных областных предприятий, в том числе МУПов , какие из них, на ваш взгляд, хорошо и отлично справляются со своими обязанностями, работают на перспективу, а к кому у вас есть вопросы?

– К кому есть вопросы – те уже не работают, начнем с этого. После моей инаугурации (23 сентября 2022 года, – ред.) мы оперативно решили вопросы по формированию правительства. В пятницу вступил в должность и сразу подписал документы, это был подготовленный экспромт. Первое заседание правительства провели уже на следующий день, в субботу.

С тех пор из команды правительства выбыл один человек (Андрей Маури, бывший зампред правительства, – ред.). Расстались по-хорошему. Я не стал искать нового человека на эту должность, просто перераспределил обязанности между другими вице-премьерами. Это, как мне кажется, оказалось пра­вильным решением.

По министерским позициям – у нас они все заняты, вакансий нет.

По крупным предприятиям. Не всё так, как хотелось бы. Еще находимся в некотором поиске: есть люди, которые исполняют обязанности, мы смотрим, как они вписываются в общее движение, справляются ли.

Назвать кого-то конкретного на фоне дру­гих сложно... Меня, к примеру, абсолютно устраивает, как сейчас работает «Куприт». Мы очень резко поменяли ситуацию, практически революционным способом, хирургическим вмешательством. Поставили руководителем опытного человека (Ильдуса Гизатуллина, – ред.). Сейчас блок, связанный с управлением бытовыми отходами, справляется значительно лучше. И, надо сказать, сильно дешевле, чем раньше.

Какие нюансы в первую очередь играют роль в том, чтобы министр избавился от приставки «исполняющий обязан­ности»? Личностные характеристики, профессиональные, что-то еще?

– Существуют юридические вопросы. Сейчас в России есть понятие единой публичной власти, поэтому многие министры согласовываются с соответствующими федеральными министерствами. Губернатор отправляет письмо на федерального министра и получает согласие или несогласие. Это согласо­вание может длиться достаточно долго, до полугода. Когда отправляешь письмо, то берешь на себя ответственность перед федеральным министерством. Соответственно, для губернатора это дополнительная ответ­ственность, поэтому взвешивать приходится более скрупулезно. Нельзя же сегодня одного отправить, а завтра что-то произошло – сказать, что замена в команде. Пока к людям, которые работают, у меня претензий нет.


«Мёдом не намазано»

– Стоит ли в ближайшие месяц-два ожидать каких-либо кадровых изме­нений?

– Хотелось бы назначений, потому что не все позиции еще заняты, в том числе по заместителям министров. К примеру, много вакансий в новом министерстве строительства. По ряду областных предприятий и учреждений требуется усиление. Пока мы находимся в поиске, не так всё просто. Особенно на госслужбе – здесь медом не намазано. Зарплаты невысокие, рабочий день ненормированный, фактически с утра до вечера. Без выходных и проходных всё правительство работало, например, все новогодние праздники. Людям говорил: провести с семьей день-два – святое дело, только сразу скажите, когда и кто вас замещает, кому адресовать вопросы, потому что то снег, то мороз, то еще что-то.

– Какие-то временнЫе границы для доукомплектации кадров перед собой ставите?

– Не ставлю. Как показывает практика, нет ничего более постоянного, чем изменения. Кто-то меняет свои приоритеты в жизни и уходит, кто-то начинает не справляться с обязанностями или делает фатальные ошиб­ки – от этого никто не застрахован.

Мы постоянно мониторим ситуацию, чтобы найти людей. Но, скажем, почему минстрой долго не можем укомплектовать? Потому что все люди, которые более-менее в этом направлении разбираются, работают на хороших местах, в крупных строительных компаниях Кировской области. Там зарплаты принципиально другие. И переманить их на государственную службу сложно.


Мотивация достижений и взгляд со стороны

– В Кировской области и в Кирове уже почти 15 лет на руководящих должностях находятся специалисты, приглашенные из других городов. Все эти годы про­должается дискуссия «А что, у нас разве своих управленцев нет?» Какая формула оптимальна? Делать ставку на местные кадры, приглашенных специалистов, умело их совмещать?

– Сразу говорил, когда еще был исполняю­щим обязанности, что приоритет должен отдаваться местным. Они все-таки здесь живут, лучше знают проблематику. У таких людей другой уровень ответственности, потому что они собираются здесь жить дальше, воспитывать детей, здесь их родители. И репутация: проколоться у себя на родине – это очень неприятная история, поэтому мотивации больше.

Вместе с тем должны быть и люди со стороны, потому что большое видится на расстоянии. Необходимо постоянное смешение опыта, так как приехавший работал в другом месте и по опыту может знать, как быстро и эффективно решить ту или иную проблему, а у людей здесь такого опыта могло и не быть.

Конечно, если потенциальный сотрудник будет из местных, приоритет будет отдан ему.

У меня (в команду, – ред.) приехало много местных, которые по разным причинам в разные времена из Кировской области уехали. Вице-премьер Михаил Сандалов, которого здесь знают практически все. Мы с ним три раза встречались, я его уговаривал и всё-таки уговорил. Считаю, очень хорошее приобретение для региона.

Мы вернули из Перми министра лесного хозяйства Андрея Тетерина, который раньше работал в Кировской области, потом уехал. По его работе в Перми были очень хорошие отзывы, я консультировался в том числе и с коллегой Дмитрием Махониным (губернатором Пермского края, – ред.). Вернули. Тоже очень доволен его возвращением.

Есть, к примеру, и.о. министра промышленности, предпринимательства и торговли Дмитрий Глушков. Школу закончил в Кирове, потом уехал. Откликнулся – и вернулся. У него и мама здесь живет, то есть отношения с Кировом не прерывал. Дополнительный мотив – показать, что он здесь родился и мо­жет что-то сделать, – для него очень высокий, поэтому и быстро включился в работу: есть мотивация достижений.

На какие-то посты людей не нашли. Пригласил коллег, которых, безусловно, знал, потому что уровень доверия тоже важен. У меня в команде ребята, с которыми знакомы очень давно. Работали вместе, когда я был вице-губернатором в Костромской области.

– Тоже пришлось уговаривать?

– Да. Например, своего пресс-секретаря Бориса Копёнкина уговаривал два раза. С первого не получилось.

Алексея Жердева (зампреда правительства, – ред.) пришлось уговаривать, потому что он перешел сюда с более высокой зарплаты. Сильно пришлось уговаривать.

Кстати, для поиска министра спорта мы провели конкурс. Победил молодой Сергей Сулик из Калуги. Приехал сюда с женой, маленьким ребенком. Снимают квартиру (служебных у нас мало). Тоже очень хороший получился проект. Думаю, в ближайшее время по некоторым позициям, связанным с госпредприятиями, госучреждениями всё-таки надо переходить на вариант поис­ка кадров через конкурс.


Про коррупцию и два кресла

– Насколько при этом важен тот факт, что у иногородних специалистов отсут­ствуют аффилированность и коррупционные связи с какими-либо региональными структурами?

– Я бы сказал, что здесь не аффилированность, а есть такое понятие, как кумовство в органах власти. Это тоже коррупция. Вроде как нематериальная выгода, но тоже считается коррупционным поведением. Да, ребята, которые приехали из других регионов, этим – с кем учился, работал, ходил в детский сад или жил по соседству – не отягощены. Им в этом отношении проще.

Если в целом говорить о коррупционности, есть две вещи. Первая связана с внутрен­ними требованиями человека к самому себе: как он сам относится к коррупции, где грань, которую не сможет перейти. Это закладывается еще с детства. Вторая история – сами условия для возможности или невозможности коррупционных действий. Если решение принимается открыто, публично, то ни взяточничество, ни кумовство не проходят. Разговоры о необходимости ужесто­чения наказания… В Китае за коррупцию введена смертная казнь, и ежегодно около тысячи человек приговариваются к высшей мере наказания, цифры не меняются. Потому что это не является главным. Главное – процесс принятия решения. Публичный, с привлечением людей.

Скажем, как мы голосовали по выбору дорог для ремонта? Проголосовали. Кто распределял эти деньги? Люди распределили. Люди проголосовали. Вот результаты голосования и протокол. Не чиновник принимает решение и ставит подпись – на эту дорогу или на эту направить деньги, сюда или туда перебросить. Места для коррупции при таких механизмах принятия решений не остается.

– Вы сейчас совмещаете ставку губер­натора и регионального премьера. Есть ли в планах в 2023 году найти на пост председателя правительства другого человека?

– Ставки я не совмещаю, совмещаю только обязанности. Ставка (премьера, – ред.) не оплачивается. Конечно, хотелось бы отдельного человека на пост председателя прави­тельства, потому что функции губернатора и председателя правительства разнятся. Да и одному человеку физически тяжело их совмещать.

Но в ближайшее время, как минимум полгода, всё останется как есть. Мы, вся страна находимся в состоянии проведения спецоперации и приходится вникать в каждую деталь. Будет премьер – не будет, всё равно всем этим придется заниматься. А в планах, да, ставлю сам перед собой задачу опреде­литься с председателем правительства, чтобы я выполнял только задачи, поставленные перед губернатором. И лучше, если он будет местным. Пока на эту должность никого не искал и не рассматривал.


«Симакова придумал я»

– В последнее время, особенно в телеграм-пространстве, главу администрации Кирова Вячеслава Симакова упрекают в кадровой политике, связанной с на­значениями-увольнениями. Что вы об этом думаете?

– Сразу постараюсь прервать все слухи по этому поводу, поскольку Вячеслава Николаевича Симакова как главу администрации придумал я. Понятно, голосуют депутаты, но вопрос – кто предлагает кандидата. Можно идти самовыдвиженцем, можно от политических партий и так далее. А можно от губернатора. Я воспользовался своим правом и предложил Симакова депутатам городской думы и не жалею об этом.

Симаков подходит Кирову как глава ад­министрации. По крайней мере на данном этапе исторического развития. Он близок к людям, запросто общается с любым горожанином. Мне кажется, это ему доставляет удовольствие. Это открытость и простота в общении. Он крайне отдает себя работе, па­шет же с утра до вечера. Даже не понимаю, когда спит.

И вот за это я ему делаю постоянные замечания. Потому что важная управленческая функция – это умение делегировать. Этому надо обучаться.

Если говорить о чехарде. Ну какая черхарда? Симаков взял на работу Стяжкина (Сергея, – ред.), потом уволил. А кого еще? Больше никого. Один-единственный пример, из которого недоброжелатели Симакова пытаются сделать систему. А дальше идет система «сработался-не сработался». С кем-то он готов работать, с кем-то не готов, это правильная история. Работник хороший? Да, хороший, но может не сойтись с начальником. Значит, разошлись. Если все хорошо –взяли, как было с одним из заместителей в областной структуре.

Найти заместителей главы администрации очень сложно, это факт.

– Поле деятельности уже, чем у областной власти?

– Да, потому что еще уже, оно сильно ответственное и с сильно плохой репутационной историей с точки зрения рисков наделать каких-либо глупостей и получить возмездие. Зарплата там еще меньше, чем в областной администрации, а ответственности не меньше. Поэтому найти соответствующих людей непросто. Люди приходили, присматривались. Когда понимали, что их ожидает за очень незначительную заработную плату, отказывались от этой работы, вот и всё.

– Согласовывает ли Вячеслав Симаков с губернатором кадровую политику администрации?

– Да, мы согласовываем вопросы, связанные с уровнем замов. Скажу больше: это касается не только Кирова, но и всех муниципальных образований. Заместителю по своему направлению придется взаимодействовать с областным правительством. И уровень квалификации заместителя, скажем, по ЖКХ, должен находиться в каком-то общем контакте с соответствующим зампредом об­ластного правительства, министерствами. Им же придется за всё это отвечать. Прорвало где-то водопровод – проблема устраняется совместными усилиями областных и муниципальных служб. У нас районы дотацион­ные. Им выделяют средства на содержание инфраструктуры, на образование, медицина вовсе вся областная. Поэтому заместителей мы согласуем. Уровень других сотрудников – это дело главы администрации. Туда вмешиваться с нашей стороны нет смысла. И это его ответственность.

внутрь.jpg


Со строителями пришли к знаменателю

– Для выполнения амбициозных планов, заложенных в проект программы строительства на ближайшие 5 лет, нужны, во-первых, кадры, во-вторых, кор­ректировки в условиях контрактов (в частности, механизмы авансирования, рыночные цены смет, переход от аукционов к конкурсам), в-третьих, отсутствие административных барьеров, в первую очередь, при заключении договоров комплексного развития территорий. Какие из этих препонов удалось решить уже сегодня, а какие прорабатываются?

– Вы пытаетесь меня ввести в дискуссию. Аукционы-конкурсы или другие позиции – всё это совсем не очевидно. Считаю, существующих сегодня механизмов, если их применять в рамках закона, достаточно. Не надо, как говорит один мой знакомый, заводить рака за камень.

Возьмем те же вопросы по КРТ. Мы разобрались по ним со строителями и пришли к единому знаменателю. Он прост – экономика. Если мы собираемся застройщику вменить в обязанность детский сад, дорогу, надо смотреть итоговую стоимость. Разумная или нет? Нагрузка должна быть разумной. Или же специально сделаны условия, чтобы не дать строить этому, а дать другому, вот в чем вопрос.

Мы все это проанализировали. Стоимость квадратного метра жилья – важный показатель социального самочувствия жителей. Если она завышена, это в том числе повод переехать в другой регион: высокая стоимость квадратного метра провоцирует отъезд. Поэтому мы провели переговоры с нашими строителями (они независимо друг от друга дали нам сметы), проконсультировались с экспертами и приняли решение держать примерную стоимость квадратного метра. А при реализации проектов по комплексному развитию территорий определить, какие социальные объекты и коммуникации будут строиться на средства застройщика, а какие с использованием других механизмов, в том числе за счет бюджета.

Скажем, когда приезжал Андрей Вагнер (генеральный директор ПАО «Т Плюс», – ред.), договорились, что компания проложит определенную часть коммуникаций, где мы будем разрабатывать новые земли для строительства жилья. Примерно подсчитали, что это снизит квадратный метр на 12 тысяч рублей и не за счет строителей.

Есть хорошие кредитные варианты. Например, институт развития «ДОМ.РФ» готов давать средства для строительства социальных объектов под 3-4% на 15 лет. Есть вариант концессии. Недавно на всю страну показывали красивейшую школу, которую за 7 млрд рублей построили в Нижнем Новгороде. Думаете, это бюджетные деньги? Построена в рамках концессионного соглашения! И мы будем использовать все возможные механизмы, потому что они есть.

По кадрам – да, людей точно не хватает. И не хватает правильности в системе организации. Мы с Алексеем Жердевым специально ездили в Казань, попросили коллег показать нам, как у них устроена работа отрасли. Че­тыре часа сидели с членами правительства, подведомственными учреждениями Татарстана. Нам все показали-рассказали. Дорого с точки зрения управления, но эффективно. Мы посчитали – примерно такую же систему будем делать.

Тот же единый государственный заказчик для строительства объектов, которые возводятся на бюджетные средства. Чтобы за строительство школ отвечало не министер­ство образования (там нет специалистов, которые в этом разбираются, у педагогов совсем другие функции), а министерство строительства, областной УКС. Они в этом прекрасно разбираются, знают марки бетона, отделочные материалы и другие нюансы. А министерство образования будет заказчиком.


Без «шараш-монтаж»

– Планов по строительству действительно много. И есть еще один важный момент: открытая система. Работы хватит на всех. Возьмем по Фонду капремонта. Не понимаю, как и для чего они раньше работали. Быв­ший руководитель (Виктор Тарасов, – ред.), который сейчас с другими ведомствами вза­имодействует, мне хвастался, что на счету фонда три с чем-то миллиарда рублей лежит. Спрашиваю: «Это что, достижение?» – «Да, мы собрали». – «У тебя достижение, когда дома отремонтированы, а не когда деньги на счете находятся». Мы сейчас эти деньги запускаем в ремонт домов для людей. Если в прошлом году отремонтировали 50 с чем-то, в этом собираемся под 300. Заявки от строительных организаций на выполнение работ есть, в том числе из других субъектов. Но мы же смотрим, кто заявляется. Не «шараш-монтаж» какой-то, у которого стул, компьютер и зарегистрированное юрлицо. Это компании с репутацией, у которых дей­ствительно есть кадры, производственные мощности. Запускать сюда будем тех, кто хочет и умеет работать.

– А как тогда быть с 44-ФЗ, где ключе­вую роль играет низкая цена?

– Техзадания надо правильно формировать. Всё зависит от уровня квалификации тех, кто пишет техзадание. Необходимо грамотно прописывать контрольные мероприятия, объемы, тонкие детализированные вопро­сы. Зайдешь в контракт по стройке, ничего не делаешь – попадешь в реестр недобро­совестных поставщиков. Не успел в срок – контракт расторгается. Грамотно всё должно быть прописано, а не как в контрактах, где даже залоги не указаны. Нашел несколько годичной давности, где нет ни залога, ни ответственности – ничего. То есть подрядчик взял деньги и может в любой момент уйти. Потому что техзадание под конкретное лицо написано.

– Единая служба госзаказчика для ре­шения таких проблем в первую очередь и создается?

– Да. Для всех видов аналогичных работ правила должны быть едиными. Без каких-либо преференций каким-то фирмам, когда что хочешь можно завести под конкретного заказчика. Бороться с этим будем. И борем­ся. Получается.


«Как выиграть в лотерею, не купив билет?»

– Некоторые эксперты высказывают сомнения насчет планов масштабной стройки, которая намечается в регионе. Тоннель под нововятским переездом, асфальтированная дорога до Лузы, обход Кирова. Мотивируют это тем, что проекты запланированы на большой срок, требуют большого финансирова­ния, которого к тому времени может и не быть, либо планы могут измениться. Насколько такие риски возможны?

– Риски всегда существуют. Но прежде чем чего-то делать, надо сначала это запланировать. В чем суть программы? Это план – что бы хотелось реализовать, потому что пока ты это не пропишешь, у тебя этого не будет. Как выиграть в лотерее, если ты даже ни разу лотерейный билет не купил?

По заявленным проектам внутри программ должна быть сделана документация, потому что это как раз лотерейный билет. В прошлом году, например, два аэропорта в России, которые были в федеральной программе на получение финансирования, не смогли представить необходимые документы. Их заменили на два других. Знаете, почему мы туда не попали? У нас даже документации не было. Поэтому по всем этим проектам – в стройке, в дорогах – нужна документация. А ее надо делать, потому что когда появляется шанс (а он вдруг неожиданно появляется каждый год), мы должны быть готовы, чтобы первыми зайти и получить средства. Это задача соответствующих профильных министерств. То есть на проекты, прописанные в программах, необходимы задания. Документация.

Вы спросили про обход Кирова. Иногда проект озвучивают с географическим уточнением – западный обход. Западного обхода не будет. Забыли! Потому что он идет в никуда – на новый мост, в тупик. Не решает проблему. Город в ту строну развивается, и рано или поздно эта дорога пройдет через жилые кварталы. Не за чем.

Обход будет южный. В связи с этим мы и развиваем инфраструктуру в ту сторону. Поэтому мост будет через Чепцу: документация готова, далее конкурс по выбору подрядчика. Уже состоялся конкурс на разработку документации для строительства тоннеля под Транссибом, документацию в этом году сделаем. За нее заплатим, далее будем ожидать выделения лимитов средств. И по тому, и по другому проекту есть поручения президента Российской Федерации. Мы это рассматривали не далее как 17 февраля на заседании федерального оргкомитета к 650-летию Кирова под председательством вице-премьера страны Дмитрия Чернышенко. Эта позиция была там четко обозначена: мы до конца 3 квартала сдаем документацию, и Минтранс дальше решает вопрос с лимитами для начала работ.

– Что касается этих и других объектов, в плане восприятия со стороны жителей уже достигнута критическая точка, потому что столько раз обещали...

– Мы не обещали, у нас есть программа, по которой планово двигаемся. Понятно, есть амбициозные проекты. Со многими разго­варивал – а что, так можно было? Можно. И нужно. Возьмем историю с присвоением Кирову в 2024/2025 годы статуса «Новогод­няя столица России». Увидел, что Суздаль будет (в 2023/2024 годах, – ред.) новогодней столицей. Приглашаю коллегу, расспраши­ваю. Начинает: «Мы, понимаете, не вышли каким-то местом, чего-то не хватает по гостиницам». То есть объясняет, почему нельзя. Не убедил. Я посмотрел, позвонил, пообщался с коллегами из других регионов. Потом съездил к Дмитрию Чернышенко, го­ворю, что есть такая идея. Он сказал, чтобы подавали заявку. Мы подготовили – хоро­шую, грамотную, в срок подали и выиграли. Сказали, что наша самая лучшая. Решили вопрос практически за месяц!


Кадры для суверенитета

– Анонсированы меры поддержки учителей в Кировской области в Год педаго­га и наставника. И повышение зарплаты, и выплаты за успехи учеников, и премия губернатора для 20 лучших педагогов и т. д. А ставятся ли конкретные задачи, достижение конкретных показателей? Например, на столько-то процентов обновить педагогические коллективы, столько-то привлечь в школы молодых педагогов?

– Есть конкретные показатели, но они, конечно, заключаются не в обновлении педагогических коллективов. У нас большая нехватка учителей. И задача состоит в том, чтобы нынешние учителя остались, а к ним пришли новые. Образование должно соответствовать потребностям общества на данный момент. Мы находимся в условиях жестких международных санкций, и нам требуется обеспечить технологический суверенитет страны, что невозможно сделать без инженерных кадров. Вместе с Союзом машиностроителей, Союзом ректоров изучили этот вопрос и нашли точку отсчета. Начинать надо со школы. Ежегодно число выпускников, сдающих физику и математику, уменьшается. Это связано со сложностью (подготовиться к гуманитарному предмету легче, чем к физике), с нехваткой учителей и на определенном этапе с невостребованностью инженерных специальностей. Сейчас они востребованы, а подготовка в школе проседает. Поэтому мы установили выплату в 5 тысяч рублей учителям, если их воспитан­ники сдают математику или физику, потому что с этими предметами смогут поступить на инженерный факультет.

И под эту специализацию мы входим в программу для среднего специального образования «Профессионалитет» по направ­лениям «Машиностроение» и «Сельское хо­зяйство». Заявки уже подготовлены, сейчас направляем их в Минпросвещения. В чем смысл программы? Объединяются регион, учебное заведение и предприниматели, которые затем предоставляют рабочие места для выпускников этих средних специальных учебных заведений. Федеральное правительство программу дотирует. Модель серьезная: примерно 40 млн от области, 40-80 млн от предпринимателей, которые, к примеру, предоставляют учебные лаборатории, оборудуют мастерские, и 100 млн федеральные.

По сельскому хозяйству у нас много аграр­ных техникумов, хороший вуз, который выступит в качестве методической базы. Есть крупные предприятия, готовые выделить деньги. По машиностроению тоже база есть. У нас в Кирове станки делают! Это самое главное в машиностроении: если делаешь станки, на них можно производить и всё другое, самовоспроизводиться.

Пришли и к дерзкой идее о создании кам­пуса мирового уровня. Этот проект не мы придумали. Начиная с 2021 года, по России 17 заявок уже разыграны. Киров почему-то не посчитал нужным принимать в этом участие, может, побоялись амбициозности задачи. Вчера (1 марта, – ред.) поздравил Дмитрия Махонина: в Перми будет строиться такой кампус, они уже заключили концессионное соглашение. В этом году разыгрывается 8 заявок – в последний раз. Надеюсь, мы тоже победим. С концессионерами уже до­говариваемся.

Кампус тоже хотим сделать инженерного профиля. Выстроить всю цепочку: учителя – средние специальные учебные заведения – инженерная школа, которая будет распо­лагаться в Кирове (на территории бывшего КВАТУ, – ред.). Именно по направлению станкостроения. Понятная задача, понятная миссия. Главный KPI в сфере образования какой? Когда дети траекторию своего пове­дения выбирают – остаться рядом с домом. Продолжить здесь образование и реали­зовать себя. Это и есть главный критерий успешности.


Это один из материалов свежего еженедельного номера газеты «Бизнес новости в Кирове».
PDF свежего номера газеты можно посмотреть по этой ссылке.


VK TW

array_merge(): Argument #1 must be of type array, null given

Также читайте