Екатерина Матанцева.

Не химичим

11.11.2013 00:07:00 3096 0

«Маша, ты сейчас мыло мешаешь?». Маша ответила утвердительно, сняла с плиты емкость с мылом, похожим на пюре и скоро будет добавлять в него разные экстракты. Потом она выльет его в деревянные формы, где оно будет доходить до готовности. Нет, это не отрывок из романа XIX века. Это повесть дня сегодняшнего – речь о сравнительно недавно появившейся кировской фабрике по изготовлению натуральной косметики – «Ми&Ко», организовала которую молодая мама Екатерина Матанцева.

– И вы – двенадцать человек, готовите вручную косметику почти для половины нашей страны? - спрашиваю я, с удивлением оглядывая работающих девушек. Одна мешает мыло, вторая взвешивает зубной порошок (на одну баночку, к слову, уходит 4-5 минут), третья наклеивает на упаковку этикетки, намазав перед этим кисточкой на них клей. Все руками, без всяких технических приборов.

– Ну да, - отвечает Катя. – Это, конечно, нелегко. А бывает еще так, что сломается измельчитель и приходится мыло на терке тереть. В день, к примеру, производится около 150 кусков мыла.

 

Мы находимся в небольшом закутке большого производственного помещения. Фабрика Екатерины совсем недавно сюда переехала и пока еще большая часть пространства пустует, и все находится не на своих местах. С противоположной стороны от ручного производства стоит оборудование – оно пока еще не подключено и ждет своего часа (оно очень нужно, ибо если человек за день может произвести только около 40 кг мыла, то гомогенизатор за час сделает 60 кг). Возможно, этот час настанет уже на этой неделе. Пока же происходящее вокруг напоминает милую старинную фабрику.

 

– Не было еще на рынке так, чтобы компания изготавливала полностью натуральную косметику, - начинает Екатерина рассказ о рождении своей идеи. - Были какие-то зарубежные органические марки, но даже их сертификаты не гарантировали, что состав продукции полностью натуральный. Когда я читала составы того, что я покупаю, мне они были совершенно непонятны. Как правило, все это были какие-то страшные слова. И когда у меня появилось время – я была в декретном отпуске – мне стало интересно изготовить именно натуральный продукт. Я начала делать то, что мне было нужно дома: стиральный порошок, натуральное мыло. Я все изучала, сама экспериментировала со щелочью. И у меня появился круг знакомых, которым это тоже было интересно. А раньше я работала журналистом в журнале «Меркурий», где читала много историй о начинающих предпринимателях. Мне всегда хотелось попробовать и самой начать. Но стартового капитала не было вообще. Мы начинали с каких-то 20 тыс. рублей на сырье. Плюс к этому центр занятости выделил нам с мамой, как безработным, 112 тыс. рублей на ремонт помещения, и за счет каких-то небольших продаж мы существовали первое время. Развиваться было сложно. Я слышала, что за первый год предприниматель несколько раз подумывает о том, чтобы бросить свое дело. Но я этого не сделала, и сейчас мне, конечно, проще: уже есть постоянные клиенты и бизнес налажен. Но все требует постоянного развития. Для того, чтобы создать новый продукт, например, нужны деньги: на исследования, на сертификаты. Мы делаем это в лабораториях Санкт-Петербурга, Перми и Москвы. В Кирове наша отрасль совсем не развита. У нас всего две парфюмерные компании: мы и чепецкая фабрика по выпуску зубной пасты. Кроме того, важный момент нашей работы заключается в том, что мы не испытываем продукцию на животных: мы ищем специальные лаборатории, которые используют альтернативные методы тестирования.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

- Образование у вас, наверное, химическое или биотехнологическое?

– Нет, экономическое. У нас же очень многие сначала получают образование, а потом уже понимают, кем они на самом деле хотят быть. И второй момент: когда ты - предприниматель, тебе нужно знать в своем бизнесе все лучше всех остальных. Тем более, когда у тебя маленький бизнес, и ты не можешь нанять отдельного системного администратора, маркетолога, пиарщика и дизайнера. Ты всегда сам в одном лице совмещаешь все эти профессии. Когда, например, мы не могли платить бухгалтеру, я сама писала и сдавала все отчетности. Когда были сложности с дизайнером, я сама все разрабатывала. Продукцию свою за шесть лет я тоже изучила очень хорошо и могу ручаться, что я знаю эту сферу лучше многих людей с конкретным образованием.

 

- То есть кадры вам и не нужны вовсе?

– Нужны, конечно (ред: улыбается, и вообще Екатерина очень доброжелательна, мила и улыбается практически каждому моему вопросу). К нам приходят биотехнологи из ВятГУ, люди с пищевых производств. Наш плюс в том, что мы - не фармпредприятие. Когда, например, девушки делают таблетки от эпилепсии, это все впитывается к ним в легкие и может сказаться на дальнейшем здоровье. А им еще детей рожать. А у нас хоть и химическое производство, но мы работаем только с натуральными компонентами. Хотя, конечно, они безопасны только в небольших дозах.

 

- То есть молоко за вредность вы тоже выдаете?

– Нет, мы выдаем бонусом к зарплате нашу продукцию. Каждый месяц – на тысячу рублей. Сейчас мы расширяемся, ищем еще персонал. Но это не очень просто. Даже секретаря не можем найти. Приходят молодые девушки и говорят: «Как сложно работать». А нам кажется, что это легко. Подумаешь, обзвонил сорок поставщиков за день, решил с ними вопросы, сделал документы.

 

- А работаете вы в основном на оптовый рынок?

– Да. Наша ошибка была в том, что мы начинали торговать в розницу. А потом мне как-то друг сказал: «У тебя же производство, тебе надо оптом заниматься». Я подумала и поняла, что основной процент прибыли мы сможем получить только продавая нашу продукцию в разных городах страны. Думаю, половину регионов России мы уже охватили: нашу продукцию можно найти от Калининграда до Владивостока, от Якутии до Коми. Работаем и с Белоруссией. Самый большой успех к нам пришел, когда мы стали работать с дистрибьюторами.

 

- А сырье откуда получаете?

– Эфирные масла - частично из-за рубежа, частично - у посредников. Упаковку - из Китая и из Европы.

 

- А что в вашей косметике нашего родного, российского?

– Мы закупаем российские экстракты. Все-таки наша марка направлена на российских женщин, поэтому все рецептуры мы разрабатываем с учетом особенностей нашей кожи. Эфирные масла в основном не русские, потому что в России очень низкие стандарты их качества. Международные гораздо выше. В России органик-рынок очень слабо развит еще и потому, что всего лишь 1,5% людей выбирают натуральный продукт. Получается, что это очень маленький объем рынка и многие считают, что незачем тратить на него средства. Мы же специально искали те слова, которые понятны людям. Например, экстракт жимолости, шалфея. Каждый из них решает свою проблему: убирает морщинки, например, или обладает бактерицидным действием. Нас всегда спрашивают: «Почему другие марки не используют то же самое?». Потому что перед ними не стоит такой задачи. К тому же это очень дорогое сырье. Обычный шампунь стоит, например 80 рублей, а себестоимость того, что там налито, будет равна 3 рублям. А у нас 70 рублей – это только себестоимость сырья и упаковки при цене всего продукта в 500 рублей.

 

- Но по-сравнению с другими, даже очень дорогими марками, ваши цены вполне демократичны.

– Да. У каких-нибудь европейских органик-марок крема идут, например, по 900 рублей, а у нас всего по 300. И нам так стыдно, что у нас такая маленькая цена. Может быть, если для кировских женщин это дорого, то для московских – это вообще ничего.

 

- В наших магазинах есть еще натуральная косметика кроме вашей?

– Есть какие-то отдельные продукты. Но органических марок нет. Как-то была в «Летуале» одна японская марка, а потом ее не стало. Мне сказали, что она не очень востребована. Бывает, что у отдельных брендов можно встретить специальную линию из трех продуктов, которые имеют органик-сертификат. Но когда ты читаешь состав, то понимаешь, что с натяжкой этот продукт можно назвать более безопасным, чем рядом стоящий. Поэтому я предпочитаю выбирать марку, у которой вся концепция одинаковая и заключается в натуральности. Когда к нам на выставках подходят и спрашивают, можете ли вы производить дешевле и в больших объемах, я говорю, что это не про нас. Так же делает, например, известное в нашем регионе предприятие «МЦ-5». Когда ты начинаешь производить хороший качественный продукт, у тебя уже весь техпроцесс настроен на него, и ты просто не можешь иначе. У нас бы просто руки не поднялись сделать что-то химическое.

 

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

 

- Получается, вы не стремитесь за большой рентабельностью, и прибыль у вас не большая?

– Прибыль есть, но, как правило, мы тратим ее на кредиты, когда-то взятые. У нас в начале бизнеса был такой случай: мы взяли кредит. А упаковка, на которую мы взяли деньги, долго не шла. Получилось так, что при обороте нашего бизнеса в 80 тыс. рублей нам нужно было отдавать где-то 40 тыс. рублей только за кредит. Для нас это были большие деньги: пришлось сокращать сотрудников и самим браться за какие-то дела. Уже через два года после открытия предприятия стало легче и появилась прибыль, но кредиты, которые были взяты раньше, не позволяют пока нам ощутить ее размеры. И все равно я считаю, что когда предприниматели жалуются, что им не дают что-то в лизинг, или нет инвесторов, это все отговорки. Потому что предприниматель на то и предприниматель, чтобы видеть возможности. Мы участвовали в разных конкурсах, получали субсидии, нам помогал департамент развития торговли и предпринимательства. Я не вижу никаких сложностей. Как-то мне сказал один знакомый предприниматель: «В России такие налоги, я поеду делать бизнес в Европу». На что я ему ответила: «Ну уж если ты в России не можешь справиться, то что тебе делать в Европе?». Да, там в каких-то странах легче налогообложение, возможно, можно более свободно получить кредиты, но что делать с их рентабельностью? У нас, благодаря тому, что Россия достаточно большая, уровень конкуренции остается низким. Если в Европе две заправочные станции стоят рядом, это конкуренция, а если у нас одна на полгорода, то какая это конкуренция? То же самое и в нашей сфере: вроде бы кажется, что ассортимент большой, но когда ты начнешь искать что-то конкретное, то оказывается, что выбора нет. Поэтому я считаю, что в России хорошо вести бизнес: такие прибыли и такую рентабельность ты мало где еще найдешь. Плохо только работать с нашими поставщиками оборудования: мы заказали именно российское, потому что оно обошлось нам в 4 млн рублей. Европейское бы выжало из нас все 20 миллионов. Зато там, конечно, было бы шикарное обслуживание, все точно в срок и т.д. А российские поставщики, поскольку у них нет конкуренции, могут не отвечать своим покупателям, хамить и вообще говорить, что мы сами во всем виноваты.

 

- Екатерина, вы – молодая мама. Как вы успеваете совмещать бизнес и ребенка?

– Когда ты создаешь бизнес, надо понимать, что он будет твоим детищем. Я с ним встаю, и с ним засыпаю. Устается, конечно. Поэтому мне бы хотелось, чтобы бизнесом занимались мужчины, а женщины - семьей.

 

Беседовала Елена Окатьева

Lena.okatieva@yandex.ru

VK FB TW
оставить комментарий
Спасибо за комментарий! Он будет опубликован после модерации
Текст сообщения
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
 

Также читайте