Алексей Лазарев: "Медицинский бизнес - не самый рентабельный. Проще торговать и нефть качать. Но к медицине нельзя относиться, как к бизнесу, а к пациентам - как к кошельку".

"Next": Медицинская надежда

26.03.2012 00:17:00 1603 0

Герой рубрики "Next" Алексей Лазарев, учредитель клиники "Лигамед", поведал о перспективах частной медицины.

-  После учебы я, молодой врач, попал в государственное учреждение, - рассказывает Алексей. – Но не то, чтобы меня расстраивали маленькие зарплаты, там просто слишком строгие стандарты. А хотелось развития, расширения медицинского кругозора, применения новых методик. Тогда и появилась идея создания чего-то своего. В момент организации клиники в 2003 году нас было три врача: один психиатр и два нарколога. Помощь со стороны моих друзей-предпринимателей носила только юридически-документальный характер. В основном мы все делали сами. Этим, наверное, и можно объяснить отсутствие ожидаемой от частной медицинской клиники шикарности и огромного количества оборудования. Бизнес все еще находится на стадии самоокупаемости.

И это действительно так. Вывеску семейной клиники «Лигамед» мы с фотографом сначала не заметили: находится она на первом этаже стандартной пятиэтажки. Типовое крыльцо, вход по звонку. Внутри всего два небольших процедурных кабинета с минимумом оборудования и один - директорский. Да и сам Алексей Лазарев, скорее, создает впечатление врача-трудоголика, нежели владельца богатой медицинской клиники: буквально вчера он вернулся из командировки из Котельнича. Туда позвала государственная служба, которую он пока покидать не собирается. Но об этом чуть позже. Алексей философски смотрит на многие вещи и некоторые истины, кажущиеся многим единственно верными, являются для него относительными. Он много рассказывает, размышляет, мечтает.

Мы и начинали как простые врачи. Первый частный вызов, помню, был у нас в мае: тогда за два месяца мы смогли заработать некоторую сумму денег (помещения у нас еще тогда не было). Радовались уже тому, что есть спрос на наши услуги. Однако к концу года пациентов у нас стало намного меньше - в результате было нечем платить за рекламу. Перед нами встал выбор: либо закрываться, либо рисковать дальше. Пару месяцев я работал в государственной больнице и полученную там зарплату приносил в бизнес. Зарабатывал там - отдавал тут. Потихоньку этот процесс выправился. Теперь у нас есть два стационарных помещения в аренде.

Сегодня, я так понимаю, зарабатывать удается?
– Конечно, хотелось бы, чтобы любимое дело приносило нормальный доход. Но, честно говоря, медицинский бизнес далеко не самый рентабельный. Проще нефть качать. Да и хочется, прежде всего, не денег заработать, а из клиники «конфетку» сделать. Вообще к медицине нельзя относиться как к бизнесу, а к пациентам, как к кошельку. Бывает, даже когда человек хочет помощи, но у него нет достаточных средств, лечим за более мелкую сумму или даже бесплатно. Мне вообще хотелось бы сделать из клиники многопрофильный центр. Чтобы он работал не просто по принципу «оборвал-закодировал», а чтобы помощь больному оказывалась и со стороны невролога, и со стороны психотерапевта. По большому счету у нас сегодня таких центров нет.

Непростая мечта для простого кировского врача...
– Быть может, я покажусь кому-то странным. Но я воспитывался в семье советских врачей, а они работали в то время, когда о деньгах и не думали. Есть пациент - его надо лечить. Отец мне часто говорил: «Будешь хорошим врачом, деньги тебя всегда найдут». У меня целая династия врачей, а сейчас и жена и ее родители врачи. А мечта у меня есть вполне конкретная: поднять оказание наркологической помощи на высокий уровень. Для этого необходимо развить и еще ряд направлений: в первую очередь, психотерапевтическое. Потребность в нем со временем будет возрастать, так как есть статистические данные, согласно которым депрессии как причина инвалидности находятся на втором месте после сердечно-сосудистых заболеваний.

А что вы понимаете под инвалидностью от депрессии?
– Очень часто последнее время стали наблюдаться такие случаи, когда человек сидит дома, у него плохое настроение, апатия, нежелание работать. Что такое инвалидность? Ограничение трудоспособности. Количество депрессий в силу изменения жизненных ритмов растет по всей стране. Сравним, к примеру, нашу жизнь с той, что была в Советском Союзе. Тогда мы жили размеренно, запланировано. Сейчас, к примеру, моя дочь в шесть лет и читает, и считает, и знает английский. Власти так и говорят: ЕГЭ – это большая нагрузка, но если современные дети не будут жить в ритме развития современного общества, они быстро выпадут из него.

Скажите, как профессиональный нарколог, в нашем регионе действительно пьянство – большая проблема? Статистика говорит о том, что мы, мягко говоря, хуже  всех.
– Да, ситуация не очень благоприятная. Но причины этого не только в том, что Кировская область «особенная». В каждом регионе это есть: только у кого-то больше проблем с наркотиками, у кого-то – с алкоголем. У нас – со вторым.

И все же даже губернатор много внимания уделяет антиалкогольной политике. Вы с его методами борьбы согласны?
– То, что делает Белых, - отлично. Но этого недостаточно. Дело в том, что проблему пьянства на государственном уровне не решить. И на медицинском тоже. Нужно начинать с семьи.

То есть меньше клиентов у вас пока не стало?
– Нет, пока мы такого не почувствовали. Но я и не думаю, что в этом есть вина наших властей. Надо смотреть на всю систему в комплексе. Быть может, от принятых мер у населения начинает возникать осознание того, что надо лечиться, и оно обращается в больницы. Кроме того, алкоголизм – хроническое заболевание и только лишь запретами эту проблему не решить. У нас растет количество клиентов, но обусловлено ли это только новыми законами, судить не берусь. Однозначно, то, что делает губернатор, сегодня необходимо... Но я не договорил о своей мечте.

Да, мы несколько ушли от темы.
– Я хочу создать в нашем городе клинику семейной медицины. По-моему, в каждой больнице должен быть семейный врач, который бы брал на себя функцию оказания первичной медицинской помощи. Сейчас же, как известно, этим занимается терапевт. Но у него слишком маленький функционал. Семейный же врач подразумевает универсальность. Он, конечно, тоже не решает всех проблем, но может что-то подлечить. Кроме того, этот врач будет обслуживать всю семью и знать, соответственно, всю историю ее болезней: от детских до взрослых. Узкие же специалисты при этом должны выполнять только высокотехнологические виды помощи. Тогда, я уверен, будет оказываться действительно качественная медицинская помощь, и пациенту не придется бегать по 10 врачам из-за несерьезного недуга. Соответственно, и денег будет тратиться меньше.

Утренние пациенты ушли, мы прогуливаемся по клинике. Алексей показывает кабинеты. Из оборудования замечаю только кушетки и капельницы. Ремонт самый простой: линолеум и пластиковые панели на стенах. Здесь проходят и внутривенные процедуры, и озонотерапия и герудотерапия (лечение пиявками). Всего в клинике сегодня работает более 20 человек: хирурги, терапевты, неврологи, детские специалисты. Сам же Алексей Лазарев работает врачом еще и в областном наркодиспансере.

Зачем вам это?
– Не знаю, получится ли вам объяснить. Удовольствия большого от той работы я не получаю, денег особо тоже, и личностного роста пока нет. Скорее, это просто привычка и некая надежда на то, что что-то может измениться. Хочется все же сделать какой-нибудь вклад в государственную медицину. Так что пока я намерен работать. Когда надежда совсем разрушится, я уйду оттуда.

Тогда вы, как государственный врач, оцените реформу здравоохранения, которую начала в нашем регионе Мария Гайдар. Она – благо?
– Я поддерживаю в этом вопросе ту мысль, что любые начинания и реформы всегда будут иметь и сторонников, и противников. С одной стороны, власти сегодня правы: содержать все районные больницы довольно накладно. Но и доступность помощи – понятие относительное. Человек должен получать помощь без усилий. Сначала мы распылялись, сейчас мы все централизуем, но появляется ли от этого качество, судить пока рано. Есть и такое мнение, что государственную медицину специально разваливают, чтобы все передать потом в частные руки.

Вы так не считаете?
– Это просто не получится сделать, потому что, повторюсь, медицина не так рентабельна, как кажется. Чтобы организовать качественный медицинский центр, помимо хорошо оборудованного помещения должны еще быть высококлассные врачи, потому что люди идут к конкретным специалистам. А значит, у них должен быть достойный заработок. Так что передача медицины в частные руки – это, скорее, миф. Кто этим будет заниматься, и как это будет происходить?
Сравнивать частные клиники с государственными, мне кажется, вообще не стоит. Я однажды прочитал в какой-то статье слова одного врача. Он говорил, что у него в клинике все на самом высшем уровне, а в государственных учреждениях оборудование плохое и они ничего не могут. Он не прав. Ведь не всем нужно высококлассное оборудование: для большинства людей достаточно того минимума, который предоставляют государственные больницы. Конечно, там есть и свои проблемы, свои, так скажем, «тараканы». Многие врачи просто обижены на государство. Даже президент однажды сказал: «Вы говорите, что средняя по больнице зарплата – 25 тыс. рублей, но это же неправда». И это действительно так: чтобы заработать такие деньги, нужно трудиться, к примеру, с 1 по 31 марта без выходных. Но мы же тоже люди и нуждаемся в отдыхе. Вот и получается разброс зарплат по больнице: от 8 тыс. рублей у обычного врача до 100 тысяч – у главного. При этом самую важную работу (непосредственно лечение) по факту делает только первый. Но, несмотря на все противоречия, уходить все равно не буду. И не потому, что хочется к концу жизни заработать на шикарную виллу и машину. Хочется создать шикарный медицинский центр для людей.

Беседовала
Елена Окатьева
lena.okatieva@yandex.ru

VK FB TW
оставить комментарий
Спасибо за комментарий! Он будет опубликован после модерации
Текст сообщения
Перетащите файлы
Ничего не найдено
 

Также читайте