Константин Селянин: «Я не рождён быть коммерсантом»
Криминогенная обстановка
— Константин Никандрович, какова сейчас ситуация с преступностью в Кировской области? Есть ли заметные тренды – рост или снижение отдельных видов преступлений?
— Обстановка напряжённая, но контролируемая. Контролируемая всеми правоохранительными органами. Это и Росгвардия, которая помогает в обеспечении охраны общественного порядка, и подразделения ФСБ, и Следственный комитет. Хорошие отношения у нас с ФСИН. Во время прошедших выборов они тоже выделяли личный состав для обеспечения правопорядка на избирательных участках, за что им огромное спасибо. Помогает и служба судебных приставов.
Если говорить о цифрах, за девять месяцев на территории региона зарегистрировано чуть больше 13 тысяч преступлений, минус два процента по сравнению с прошлым годом. Из них раскрыто 53,5%. Идёт снижение по числу убийств, грабежей, мошенничеств. При этом мы фиксируем рост числа краж, вымогательств. В два раза выросло число разбоев. Цифры небольшие, шесть разбоев год назад и 12 в этом, но увеличивается число дерзких преступлений. Если раньше грабежи были в основном в магазинах, то сейчас фиксируются уличные, с применением насилия. Это настораживает, но в целом обстановка контролируемая.
— А что с дистанционными преступлениями?
— Преступления с использованием информационно-коммуникационных технологий составляют более 40%. В текущем году фиксируется снижение как их числа, так и сумм ущерба. Однако цифры всё равно большие: в прошлом году у граждан было похищено почти 1,125 млрд рублей, в этом – более 929 млн. Динамика на снижение есть, и это результат совместной работы – вас как журналистов, общественности, банкиров, неравнодушных граждан. Приведу пример: вечером человек идёт, смотрит – пожилая семейная пара снимает через банкомат большую сумму денег. «Чего вы снимаете?» Разговорился и убедил, что просят мошенники. Вызвали сотрудников, зарегистрировали. Деньги удалось сохранить, и это главное. Поэтому растет число покушений на совершение преступлений, то есть деяние совершить пытались, но деньги переведены не были.
Расследования таких мошенничеств связаны с большим числом командировок. Наши сотрудники выезжали в Татарстан, Марий Эл, Московскую область, на Алтай, Кузбасс, на Дальний Восток. Да, это отнимает много времени и сил, тем не менее работаем и продолжим работать. Опыт и мастерство личного состава растут, энтузиазм есть.
Так, из 105 заявленных в этом году курьеров мы установили 75. Считаю это хорошим результатом. Сейчас нарабатываем судебную практику. Большую работу проводит прокуратура – областная и районные. По нашим сведениям о движении денег прокуроры выступают заявителями по делам незащищённых категорий граждан и добиваются возмещения средств с дропперов. У них, прямо скажу, это хорошо получается. Изменился и подход ряда банков: в некоторых случаях полные данные приходят в течение суток, а от скорости получения информации зависит многое.
— Кто чаще всего становится жертвой мошенников?
— Все категории. И пенсионеры, хотя их в числе потерпевших становится всё меньше. Это самая обидная категория: люди копили-копили и последнее снимают, отдают. Людей от 30 до 49 лет тоже много, там обычно суммы поменьше. Студенты, хотя мы постоянно проводим профилактическую работу. Вроде сами будущие инженеры, которым свойственен системный подход, анализ, логика, всё понимают, много читают, но всё равно на уловки попадаются.
Попадаются и предприниматели. Мы же привыкли всё покупать и продавать через интернет. А мошенники создают клоны страниц: чёткие, всё один в один, только реквизиты другие. Таких случаев немного, 1–2% от всех, но они есть, и суммы там довольно крупные. Это коммерческие закупки, покупки, продажи.
— Ваша профессиональная оценка: какие преступления будут преобладать в ближайшие 5–10 лет, а какие пойдут на снижение?
— Думаю, кражи и грабежи останутся. Человек, к сожалению, не меняется. У кого-то всегда может появиться желание, умысел забрать себе что-либо чужое. Часть населения не отличается законопослушностью и считает, что так и должно быть, поэтому прогноз по этой категории преступлений не готов давать.
Киберпреступления будут переходить из одной формы в другую. Не секрет, что колл-центры мошенников работают на Украине. Когда Вооружённые силы РФ проводят более серьёзные атаки, мы даже в Кирове замечаем, что на какое-то время идёт спад дистанционных мошенничеств. Самое тревожное, что граждане, точно зная, с кем работают, активно помогают мошенникам, создают схемы: «хочешь заработать – приезжай».
Хотелось бы, чтобы преступления против половой неприкосновенности ушли совсем. В этом году по ним отмечается снижение, надеюсь, они будут сведены к минимуму. Но полностью исключить их нельзя: через интернет создаются программы, ведётся переписка с несовершеннолетними, пересылаются фотографии. Отмечу наш ОБК (Отдел по борьбе с противоправным использованием информационно-коммуникационных технологий – ред.) и Следственный комитет: работа требует большой усидчивости – запросы, ответы, анализ, всё нужно разложить по полочкам, как у инженера. Сотрудники создают программы, схемы, чтобы продвигаться быстрее. Думаю, со временем раскрывать такие преступления станет легче. Но в целом преступность будет уходить в другие формы.
Люди в погонах
— По-прежнему остра проблема с кадрами. Какова статистика некомплекта и в каких подразделениях она наиболее ощутима?
— По итогам девяти месяцев общий некомплект органов внутренних дел в Кировской области составляет 26%. Это несколько лучше, чем в среднем по ПФО. Основная проблема – младший начсостав, особенно в патрульно-постовой службе: там более 60% некомплекта. Это те, кто работает на улицах и занимается профилактикой, своевременно выезжает на уличные происшествия. Это необязательно преступления или драки – кто-то кричит, неправильно ведет себя в состоянии алкогольного опьянения, кого-то нужно убрать с улицы или просто предупредить, чтобы успокоился. Или загулялись дети, надо их до дома довести, чтобы они не были ни объектами, ни субъектами преступлений.
Далее – служба участковых уполномоченных: 34%. Есть районы, где всего один участковый. Менее 30% некомплекта у службы уголовного розыска, следствия, подразделений экономической безопасности, по контролю за оборотом наркотиков. Цифры некритичные, мы работаем, задачи выполняем.
В текущих условиях, когда в стране уже пятый год идёт специальная военная операция, обеспечить необходимый приток кадров достаточно проблематично. Многие, отслужив в армии, заключают контракт с Министерством обороны и уходят на СВО, кто-то идет добровольцем. Некоторые, не доработав до пенсии, пишут рапорт и уходят. За последний год отток немного сократился. К нам приходят выпускники учебных заведений системы МВД России, много девушек идут работать следователями и дознавателями.
— Какие меры поддержки есть для сотрудников и как повышаете престиж профессии?
— Министр внутренних дел Владимир Колокольцев старается, чтобы личный состав поддерживали морально и материально: премии квартальные, поощрения, ведомственные и государственные награды. За счёт некомплекта получается немного доплатить за совмещение участковым уполномоченным полиции. Губернатор Кировской области Александр Соколов поддержал нашу инициативу о мерах дополнительной поддержки сотрудников МВД. От правительства области были сделаны дополнительные выплаты: в прошлом и в текущем году их получили участковые, инспекторы ПДН, рядовой состав, инспекторы ДПС.
Отпуск у сотрудника около 40 календарных дней. Плюс 7 дней за ненормированный рабочий день, плюс 15 дней ветеранам боевых действий, плюс 5, 10 и 15 дней за 10, 15 и 20 лет выслуги. Санатории по всей стране для сотрудников и членов семей. Если человек без высшего образования, первое высшее получает бесплатно, в том числе неюридическое, с оплатой проезда к месту учёбы. Возраст приёма на службу подняли до 45 лет.
Никогда ни в милиции, ни в полиции не платили больших зарплат. В нашем случае дело не только в деньгах: кто-то идёт за профессией, за возможностью помочь людям, за стабильностью.
— Что реально можно сделать для сотрудников без серьёзных финансовых затрат? Какие меры обсуждаются, к примеру, с Общественным советом при управлении?
— Обсуждается инициатива о бесплатном проезде в автобусах для сотрудников внутренних дел. Хотя бы для участковых, инспекторов ПДН, сотрудников уголовного розыска и ППС. Работы у них много. С учётом некомплекта нужно выезжать на несколько адресов за день. Не у каждого есть права, а служебных машин на всех не хватит. Посчитайте: если сотрудник совершает несколько поездок в день, а бывает, и кого-то везёт с собой, за год траты составляют до 50 тысяч рублей. Автобусы и троллейбусы всё равно ходят по графику. Думаю, бесплатно провезти одного сотрудника МВД, который находится на службе, не составит большого ущерба для транспортного предприятия. С учётом уровня зарплат это была бы очень хорошая поддержка.
Поиск пропавших и стереотипы
— Как организована работа по поиску пропавших людей? И когда все-таки нужно подавать заявление о пропавшем?
— Чем быстрее граждане обращаются, тем больше шанс найти человека живым и здоровым. Не знаю, откуда у жителей взялся стереотип о том, что нужно ждать три дня. Такого правила не было ни в советское время, ни сейчас. Заявление обязаны принять сразу и сразу организовать розыск.
В этом году заявлено о пропаже 1 207 граждан – несколько меньше, чем в прошлом. С учётом заявлений прошлых лет разыскано 1 245 человек. Неразысканными остаются 21 человек, 13 из которых пропали в природной среде.
Для поиска применяем все силы. Особенно когда пропадает несовершеннолетний: информируем Следственный комитет и прокуратуру, в определённых случаях Следственный комитет сразу возбуждает уголовное дело.
Большую помощь оказывают волонтёры – «ЛизаАлерт» и отряд розыска несовершеннолетних «Первый»: если пропадает несовершеннолетний, информация быстро появляется в интернете. Если человек пропадает в лесу, прибывает много волонтёров, причём на своей технике, своим транспортом, со своими специальными средствами.
Плюс у нас создано подразделение по эксплуатации робототехнических комплексов и беспилотных воздушных судов. МВД своевременно приняло решение о создании таких подразделений, закупило технику. Только в этом году с использованием БПЛА нашли 30 человек, из них 22 живыми. Были случаи, когда помимо розыска с коптеров заблудившимся в лесу жителям сбрасывали воду, выводили из леса. Один раз даже медведя отгоняли. Весь транспорт зарегистрирован, застрахован, поднимаемся только с разрешения управления воздушным движением.
— Какие ещё есть стереотипы о работе полиции, которые вам хотелось бы изменить?
— Про якобы «процент раскрываемости». Да нет никакого процента, это только в фильмах! Министр внутренних дел ставит чёткую задачу: есть преступление – возбуждать и расследовать. Мы обязаны стремиться раскрывать все преступления. Тяжкое, особо тяжкое – работай, выполняй комплекс оперативно-розыскных и следственных мероприятий.
— А что с бытовым насилием? Раньше участковый мог забрать дебошира в наркологию, и всё решалось быстрее.
— Да, была система профилактики. Если приезжал муж, который гоняет жену, – забирали, брали заявление, утром увозили в наркологию. Не спрашивали его желания, хочет он или нет, потому что он мешает людям. Если сильно матерился, мешал соседям, те давали объяснения. Суд, как правило, назначал от 5 до 15 суток административного ареста, чтобы успокоился. А сейчас можно услышать, что он гражданин, имеет право мешать соседям, а соседи не мешайте ему. К сожалению, формализм есть. А должна быть адекватная реакция – может, меньше будет жалоб от граждан.
Алкоголь и магазины «24 часа»
— Одна из злободневных тем – продажа алкоголя по ночам, в неположенное время, несовершеннолетним. Насколько ситуация меняется и что нужно, чтобы повысить эффективность работы в этой сфере?
— Количество преступлений, совершённых в состоянии алкогольного опьянения, постоянно снижается, но мы всё равно находимся выше среднероссийского показателя по алкоголизации. Удельный вес преступлений в состоянии опьянения – 20,9%. За 9 месяцев выявлено 716 административных правонарушений, изъято 9 683 литра алкогольной продукции. 31 административное правонарушение – продажа алкоголя несовершеннолетним, 9 случаев – продажа безалкогольных энергетиков несовершеннолетним. Количество преступлений в общественных местах несколько снизилось до 803.
По магазинам формата «24 часа» проведена большая работа депутатами Заксобрания, администрацией губернатора и правительства области. Помните, выводили такие магазины из жилых помещений? Они закрывались или меняли вид деятельности. Только за текущий год восемь таких закрыли: магазины перестали работать или отказались заниматься продажей алкоголя. Мы понимаем, что такие магазины работают, пока торгуют алкоголем. Как только перестает торговать, закрывается. Это планомерная работа многих структур: не дают разрешение на продажу, требуют соответствия установленным требованиям, выходят с исками в суд, подключается прокуратура. Поэтому и снижение идёт.
— Знаю, что у вас есть ещё инициативы по этому направлению.
— Есть интересное предложение к Законодательному собранию от УЭБиПК. Чтобы эффективнее бороться с нелегальным оборотом алкоголя, мы предложили инициировать изменения в Уголовный кодекс: разработать и ввести новый состав преступления – за нелегальное производство алкоголя – в главе «Преступления против здоровья населения и общественной нравственности». Сейчас нарушителей привлекают по экономическим статьям, а санкции там мягче. Виновные получают штраф, которого особо не боятся: продукции изымают на несколько миллионов, а штраф – 500 тысяч. По нашему мнению, новый состав позволит судам назначать наказания, соответствующие степени общественной опасности.
Это не экономика, это преступления против здоровья населения. Какая экономика, если человек гонит самогон, разбавляет спирт, затем продаёт свою продукцию? Либо привозит алкоголь неизвестного качества с каких-то предприятий, разливает и продаёт населению как коньяк, виски, элитные напитки. Это не экономические составы: такие продавцы не платят налоги, не дают рабочих мест, не приносят ничего, кроме прибыли в свой карман. Государство с такого «бизнеса» ничего не имеет, только тратит: мы изымаем, Росалкогольрегулирование хранит, потом уничтожает – и на это тоже тратятся деньги. Надо, чтобы нарушители сами платили за доставку и хранение – это должно входить в судебные иски. Поэтому надо менять подход, и мы продолжим работать по этой теме с Заксобранием.
Главное – голову включать
— Помните своё первое дело, по которому работали?
— Я начинал милиционером, старшим сержантом. Пять лет отработал. В пределах своей компетенции задерживал по ориентировкам подозреваемых в грабежах, других преступлениях. Задержал, передал, рапорт написал – сказали спасибо. Когда в уголовный розыск попал, там были все преступления, которые совершались на моей зоне: кражи, грабежи, разбои. Это конец восьмидесятых – девяностые, всплеск преступности был очень сильный. Бывало, заходишь в квартиру, тебе нужно забрать одного. А там сидит толпа человек пятнадцать, пьют и все «синие» (в наколках – ред.), и ты вдвоем с напарником. Всякое бывало. Главное, всегда голову включать.
Помню тройное убийство. Я уже замначальника райотдела был, начало девяностых. Пришли, работаем. Говорю: «Так всё, давайте, вы домой». – «А как мы пойдём домой? Мы же не раскрыли». – «Завтра тоже надо работать». Такие энтузиасты, парни молодые, которые пахали. Жены нас поддерживали, семьями дружили и собирались. Сейчас кому-то за 60, кого-то уже нет. Иногда звонят: «Ты помнишь, мы с тобой раскрывали?» – «Помню, было дело». Но мемуары я никогда писать не собирался.
— Был ли в практике случай, сопряжённый с риском для жизни?
— Всякое было. Бывало, при задержании и форму на мне рвали, и по лицу били. Когда работаешь, ты не осознаёшь, что идёшь на риск. Выжил, не травмирован, значит, всё нормально. Это жизнь, ты никуда от этого не денешься.
Помню, мои подчинённые пошли на задержание. Пришли на квартиру за женщиной, а ее гостями оказались особо опасные преступники, убийцы. Двум нашим пацанам повезло: разминулись с преступниками в подъезде. Выяснилось, что в этой квартире находился схрон с оружием. Даже гранаты были. После задержания преступники признались: если бы оперативники застали их внутри, те сразу бы открыли огонь на поражение и гранаты бы бросали. Ребята позже об этом узнали. Вот так бывает.
— А сейчас спокойнее стало?
— Спокойнее. Если брать 80-е, 90-е, 2000-е – было намного сложнее. Сейчас люди более законопослушные, предприятия работают, зарплату платят.
— Что самое сложное в работе начальника областного УМВД?
— Везде свои сложности: и в организации бытовых вопросов подразделений, и в ремонтах, и в стройках. Хочется, чтобы люди работали в нормальных условиях, но не всегда хватает денег на это. А тебе надо сделать. Отправлять сотрудников в командировки непросто морально. Например, на Кавказ, где мы несем службу на КПП на федеральной трассе, есть постоянный риск травм и ранений. Переживаешь за каждого. Сложности есть как у любого руководителя. У губернатора их, наверное, больше.
— Вы прошли путь от милиционера, сотрудника уголовного розыска до начальника регионального ведомства. Какое направление работы запало в душу?
— Любое направление интересно, когда работаешь, кому-то можешь помочь. Органы внутренних дел в подавляющем большинстве – это работа с людьми. Надо уметь разговаривать с людьми.
— Есть самое запомнившееся дело?
— Работал как-то по экономическим преступлениям. По одному делу фигуранты перечисляли из одного банка в другой миллиард рублей налогов. Пока деньги переходили – «потерялись». Мы дело раскрыли, преступников задержали.
— Вы не пожалели, что выбрали эту дорогу? Не думали заняться бизнесом?
— Есть люди-бизнесмены, у которых получается. Я об этом никогда не думал. В своё время отец, сам шахтёр, сводил меня в шахту. Там добывали и отпальным способом (с помощью взрывных работ), и комбайнами, и отбойными молотками. Шахтером не стал. Не жалею, как судьба сложилась, так и сложилась. После армии пришел в милицию.
Лежит душа к службе еще с того времени. Но никогда мечты не было пойти в коммерсанты. Каждому своё: если я не рождён быть коммерсантом, я не смогу зарабатывать. Каждый должен работать на своём месте. И каждый должен любить свою профессию.
Это один из материалов свежего печатного номера газеты «Бизнес новости в Кирове». Электронная версия номера по этой ссылке.